Три песо читать онлайн


Страница 30 из 82 Настройки чтения

Действительно — в надстройке низкобортного монитора были видны разрушения, правое крыло мостика превратилось в искореженные взрывом конструкции — все же снаряд весом в четыре центнера очень опасен. Но это первое попадание главным калибром, которого добился «Пелайо» за полчаса ожесточенного боя, стреляя по противнику с пятнадцати кабельтовых. «Дойчланд» был намного удачливей, поразив своего противника двумя 260 мм снарядами, но получив в ответ один десятидюймовый и пару восьмидюймовых — янки поставили в середину своей растянувшейся боевой линии крейсер «Бостон». И тот ухитрялся задействовать в стрельбе свои носовые и кормовые плутонги полностью — давая залпы из 203 мм и 152 мм пушек одновременно по «Дойчланду» и «Пелайо».

Это и было удивительно, сам принц никогда бы не додумался до такого — но американцы проявили в этом бою удивительный рационализм и прагматизм, данным решением фактически уравняв залпы средним калибром. И такой подход вполне объясним — «Бостон» самый тихоходный крейсер в американской эскадре, и ему место в бою как раз рядом с мониторами и канонерскими лодками. К тому же наличие 203 мм и 152 мм пушек позволяло вести огонь по немцам и испанцам, пока башенные орудия главного калибра перезаряжали. Впрочем, время от времени то 150 мм пушки германского броненосца, то 140 мм пушки «испанца» осыпали крейсер градом снарядов, а несколько раз и 280 мм пушка открывала по нему огонь, но пока безуспешно. И все дело в том, что мониторы прятались за отмелью в шесть с половиной метров, тянувшейся длинной полосой на несколько миль, и к тому же начался отлив. Имея осадку в 14 с половиной футов, американские мониторы чувствовали там себя вполне уверенно, имея под килем сакральные для «морского счастья» заветные семь футов.

А каково было броненосцам, имевшим осадку в семь с половиной, и даже чуть больше кормой — у 'Дойчланда почти на восемь метров кормой⁈

Принц понимал, почему нервничает командир броненосца, постоянно смотря в испанскую лоцию и постоянно сверяясь со штурманским офицером «армады», что стоял рядом с ним. Осадка корабля в 26 футов, когда глубины в отлив составляют едва 28 футов кого угодно из моряков заставят находиться на «взводе», тягостно переживая каждую минуту. К тому же доходя до мыса, требовалось совершать разворот и ложится на обратный курс, каким уже следовали вражеские мониторы, продолжая время от времени посылать в их сторону «увесистые» двух орудийные залпы — им для разворота требовалось гораздо меньше времени.

Время от времени выскакивали две вражеские канонерки, стреляя из своих шестидюймовых пушек. С ними тут же вступал в бой «Гефион» и испанская канонерка «Маркиз де Энсенада» — тысячетонный кораблик с тонкой броневой палубой и полудюжиной 120 мм орудий, до недавнего времени считавшийся со своими убогими 14 узлами хода «крейсером». Вот тут стычки протекали с переменным успехом — то канонерки заставят отходить крейсера, но чаще наоборот — скорострельные германские 105 мм пушки «Гефиона» раз за разом накрывали вражеские корабли, а солидное, вдвое большее водоизмещение «тевтона» позволяло стойко переносить попадания.

— Майне геррен, — принц говорил уверенно, обращаясь к собравшимся в рубке офицерам. — Сегодня бой идет с перевесом в нашу сторону — мы сильнее, а бог на стороне больших батальонов, или пушек, учитывая флот. Нам нужно только хорошенько попасть в неприятеля, а минные крейсера и миноноски его добьют торпедами, как упавшего рыцаря в забрало разящим ударом тонкого клинка мизерикордии…

Глава 26

— Мы опоздали с прибытием на целый месяц, и поторопись в Морском министерстве с отправкой сюда Резервной Эскадры в мае, подготовь ее заранее к походу, мы бы уже уничтожили наглых пришельцев!

Контр-адмирал Камара негромко говорил собравшимся в рубке офицерам, наблюдая за вражеским флагманом. Бинокль не требовался — сцепившиеся в схватке корабли разделяло расстояние в одну милю, даже чуть поменьше — девять с половиной кабельтовых.

— Тогда могли бы обойтись без помощи немцев, за которую придется отдать северную половину Лусона. Но лучше так, чем потерять все. И все из-за нашей безалаберности — имея шесть лет, шесть лет, сеньоры, мы не удосужились достроить давно заложенные корабли, слушая стенания Сагасты. Так бы потерпели поражение по собственной нерадивости, если бы не нанятый на «армаду» британский кэптен — хорошо, что он хоть испанец по крови!