Волчица. Тварь Пустоши читать онлайн


Страница 19 из 100 Настройки чтения

Выяснилось, что за время болезни Насти уже переправили на казнь в город Древних не только всех ее личных врагов, но и еще два десятка охотников за рабами, которых Вьищ добыл с помощью Меррель. Так что ее месть работорговцам продолжается, жаль только, что до проклятого Сируса она так и не добралась. Но она обязательно доберется и до его кадыка.

После болезни Настя сократила жизненный путь каждого нелюдя от преступления до наказания до минимума: сегодня - ты растерзал рабыню, завтра - черные твари Пустоши растерзают тебя. Конечно, такая легкая смерть мучителя была недостаточной компенсацией страшных мук раба, но - правильное или неправильное – очищение этого мира от зашкаливающего паскудства началось.

Посул: «А смерть еще нужно заслужить!» - оказался настоящим девизом жизни имперцев. Почти в каждом доме, и бедном, и богатом, - тысячи двуногих чудовищ привычно забавлялись истязаниями рабов. Просто казни зачастую было недостаточно, - мучения продлевались как можно дольше, не считаясь с затратами на лекаря. Если все, даже самые страшные казни на Земле, заканчивались со смертью казненного, то в этом филиале ада раба могли казнить и воскрешать много раз, как Настю.

Информацию о преступлениях Настя собирала на базарах и в трактирах, под прикрытием плаща невидимости. Какими бы карами не грозили хозяева слугам за разглашение любой информации о себе, слухи о зверствах над рабами, да зачастую и над домочадцами, просачивались отовсюду. Пробалтывались служанки на базаре, шепча торговкам о творимых хозяином ужасах, хмель развязывал языки слугам в трактирах, а дети нечаянно проговаривались, играя в не по-детски жестокие игры.

Из слухов Настя узнала, что Сирус был объявлен врагом Императора и сразу же был казнен. Его дворец переходил несколько раз от одного вельможи к другому, но все они поисчезали неизвестно куда. Сейчас дворец никто не хочет ни покупать за деньги, ни брать даром, считая его проклятым. Ах, да! Настя вспомнила, что она несколько раз наведывалась туда в поисках заклятого врага, каждый раз срезала со столба новую замученную насмерть жертву, и каждый раз выбрасывала нового хозяина в бассейн с орнасами. А орнасы костей не оставляют.

Скоро Настя услышала и о себе: «Каждую ночь за имперцами приходит сама Царица Пустоши и собирает их в огромный мешок на корм своим тварям. Царица эта - огромного роста, у нее лиловая кожа, глаза светятся синим светом, а на голове шевелится клубок белых змей».

Настя удивлялась, - откуда взялись эти, надо признать, правдивые слухи, если садистов она похищала, не снимая плаща невидимости. Лишь в самом городе Древних она откидывала плащ и объявляла свой приговор очередному преступнику: «За того мальчишку, которого ты растерзал до смерти, тебе положена такая же долгая и мучительная казнь! Но Боги милостивы, и тебя, нелюдь, здешние твари растерзает быстро!»

Настя видела, что ни один из преступников не понял приговора. За что? За что ему положена казнь? Истязания или убийство своего раба – это обычное житейское дело, за которое нельзя наказывать свободного уважаемого человека!

Выходило, что имперцы знали про похищения горожан Царицей Пустоши, но никак не связывали зверства лютых садистов с их исчезновением. Ни назидания другим извергам, ни страха перед наказанием за свои злодейства, ни раскаяния, – ничего этого в чуть расчищенном от зла мире не появилось. Злодейства над рабами здесь категорически не считались злодействами, и после исчезновения самых кровожадных маньяков тут же появлялись новые, не менее жестокие.

Она все чаще вспоминала слова Каарта о бессмысленной трате своей жизни на борьбу со злом. А еще – с ожесточением вспоминала его тяжелый оценивающий взгляд.

- Эх, Каарт, Каарт! И ты, Брут!..

***

Сирус бродил по раскаленной пустыне черным деревом уже много дней. Там, где он останавливался, под его корнями тут же образовывался выжженный ядом черный круг. Каким-то образом все твари Пустоши узнали о грозящей им смертельной опасности и перестали приближаться к нему на достаточно близкое для броска расстояние, а быстро передвигаться его дерево не могло.

За время блужданий Сирус обнаружил в пустыне несколько таких же черных деревьев, как его, но они не ответили ему ни одним движением. Хотя по выжженным следам было видно, что деревья передвигались. Долго находиться рядом с ними он не мог из-за сильного яда, источаемого этими непонятными созданиями и в почву, и в воздух. Яда Сирусу хватало и со своего дерева. Не хватало еды и воды. Хорошо, что ветви спеленали его тело, задрав подол цыганского платья на голову, как тюрбан, иначе мозг давно бы спекся.

Он несколько раз пытался освободить свое человеческое тело от своих же растительных пут, но так и не смог. Похоже, яд проглоченных семян жи кристаллизовал частично не только его тело, но и ветки вокруг него. И теперь эти ветки не могли больше двигаться, и Сирусу подчинялись лишь корни и оставшиеся гибкими ветки по другую сторону ствола.